Какие русские фамилии произошли от оскорбительных слов - а мы даже и не догадывались об этом

Звучит парадоксально, но многие благозвучные сегодня фамилии выросли из обидных, а порой и откровенно грубых прозвищ. В древности меткое слово цеплялось к человеку намертво, передаваясь потомкам. И теперь мы, не задумываясь, носим наследство, в котором заложена давно забытая насмешка или укол. Мы даже и не догадываемся, что предок-носитель такой фамилии, возможно, краснел от ярости, слыша её в свой адрес.

От «увечного» слова к почётной фамилии

Крестьяне массово обрели фамилии лишь в XIX веке, и часто их источником становились не отечества или профессии, а личные прозвища. Деревенский юмор был прямолинейным и мог бить по самым больным местам. Учёные, изучающие антропонимику (науку об именах), приводят яркие примеры. Фамилия Безшуликов, скорее всего, восходит к прозвищу «Безшулый» — то есть лишённый «шулей» (мужских яичек). Жестокое, но точное указание на физический недостаток или импотенцию. А фамилия Дашков, по одной из спорных версий, может происходить от тюркского слова «дасак» (мошонка), закрепившегося как прозвище за неким выходцем из Орды. Соглашаться с этой версией или нет — дело учёных, но сама возможность заставляет взглянуть на привычные имена иначе.

«Задние» мысли в наших паспортах

Целый пласт фамилий связан с обозначением задней части тела. Слово «гуз» (или «гузно») в народных говорах означало именно это. Отсюда, вероятно, и пошли фамилии Гузнов, Гузин, Гузеев. Хотя здесь лингвисты спорят: возможно, корень в глаголе «гузать» — медлить, мешкать. Так могли прозвать неповоротливого, копушливого человека. Не менее интересна история фамилии Годунов. Некоторые исследователи видят в её основе тюркское слово со значением «нижняя часть кишки». Другие учёные с этим яростно не согласны, находя более благородные корни. Но сам факт, что такие версии существуют, говорит о многом.

Храбрость с двойным дном

Бывало и так, что обидное прозвище со временем «обтачивалось» и даже начинало звучать как похвала. Фамилия Кутепов, по мнению филолога Николая Баскакова, может восходить к тюркскому выражению «кюти бар» — «храбрый». Но дословно это выражение переводится как «имеющий зад» или «задний». В контексте воинской удали это могло означать что-то вроде «несгибаемый», «устойчивый». Но в быту, в деревне, такое прозвище, данное смелому парню, наверняка сопровождалось хитрыми подмигиваниями и смешками.

Время — лучший лекарь. Грубый смысл старых слов стёрся, а фамилии, отшлифованные веками, зазвучали нейтрально и даже солидно. Сегодня никто и не догадывается о скандальном прошлом фамилии, воспринимая её просто как часть имени. Это ли не лучшее доказательство того, что всё течёт и меняется? Даже обидная кличка в итоге может стать наследственным титулом, в котором уже не разберёшь ни насмешки, ни обиды.